orsk

…и я ничего не могу сделать. ничего. бессилие полнейшее.

Апрель, в котором столько случаев, поистине обоснованных, чтобы зарыдать, разреветься, пусть даже при всех, при малейшем упоминании о больном, а может просто, когда понимаешь, что это предел, что кипяток внутри переливается, что усталости слишком много, а повседневные тяготы всё невыносимее, их всё больше,и больше.
Силишься, не плачешь, да что там: нет сил заплакать, не работает та задвижка, не дергается с места, даже когда уже воды готовы выйти из век.
Накопления огромны, сейсмоопасны, движения автоматичны, раздражают взгляды,которые не тех и не так. Подводит голос. Нужно прокричаться, но его нет, либо он уже не поддаётся.
Или же срочно нужно бежать куда-то, ни в коем случае ,не оглядываясь, а ноги ватные, не влезают ни в одну пару обуви.
Мысли продолжают давить, стены им солидарны, тебе уже сколько лет? - а ну вот, сама справляйся.
А страшно открывать и закрывать глаза, давиться по утрам чаем, бежать вверх и вниз по эскалатору, ну какие взрослые? Плечо нужно.

вечером, я шла домой, отец разрывал телефон звонками. спуск к арке. после снега остался лед. я поскользнулась и упала вперед. открываю глаза - записка на земле - “я сделаю мир лучше”. ну давай еба.

убить захотелось. 

Человеческая природа везде пытается найти скрытый подтекст, смысл, тайное предназначение. И порой мы так увлекаемся поисками “сам не знаю чего”, что постепенно уходим от реальности, фантазируя на предмет таинственного назначения Стоунхенджа, или кого олицетворяют идолы на острове Пасхи, к примеру. Все от скуки, обыденности. Хочется как-то отвертеться от повседневной рутины, но такими способами, к сожалению, ситуацию можно только усугубить, все сильнее погружаясь в “параллельную реальность”.

Пора с этим заканчивать.

В такую дождливую погоду, мне, вдруг, захотелось быть продавцом в ларьке Роспечати, ну знаешь, где журналами торгуют. Представь, все бегут, спасаются, мокнут, ругаются, а ты сидишь и смотришь на них, в вязаном свитере, большом и доставшимся по наследству от дядьки твоего или, например, старшего брата, рядом дует теплый горелый ветер из электропечки, возможно даже горячая кружка в руке с заварной лапшой.
Это как наблюдать мини апокалипсис в иллюминатор.

внутри меня читают. можно внутрь мою сюда выкладывать.

• Mom: hi
• Me: heY heY momma said the way you mOVE gonna make u sweat gonna make u grooVE
• Mom:

Из хороших привычек: как только приходит время, когда каждый вечер становится теплее предыдущего, выходить из университета, прощаться со всеми, обходить стороной остановку и возвращаться домой пешком по давно знакомым улицам.
Каждая прогулка начинается обыкновенно, а заканчивается философскими размышлениями о перспективах, о том, что живем не в столице, о том, когда же в нашей стране везде будут нормальные дороги, о том, что будет через 3, 5, 10 лет. И обязательные слова: “Только не говори мне, что никогда не думал о переезде и не хочешь уехать куда-нибудь прямо сейчас. Не поверю”. Я каждый день возвращаюсь домой по давно знакомым улицам, зная, что когда-нибудь может наступить вечер, когда я пройдусь по ним в последний раз. Раньше каждая ссора с домашними - а не купить ли мне билет до города, где есть кто-нибудь знакомый, каждый час размышлений - а может быть к черту все, и на какой-нибудь остров? Но сейчас первое высшее, столько сил уже потрачено и столько еще нужно будет потратить для диплома инженера, но сейчас кот ждет дома, но сейчас родители ждут поддержки, а не проблем. Я представляю себя, говорящую бегло на другом языке, идущую домой по другим улицам другого города, улыбаюсь и думаю, что когда-нибудь обязательно, хотя бы на время, но не сейчас.